Репетиция

Метафизическая быличка

Получилось так. Я умер, но готовых гробов почему-то не оказалось, и мне сказали: «Пока гуляй, вызовем».

Было это в просторном мрачноватом зале с откидными креслами вдоль стен, похожем на приемный покой Боткинской больницы, куда меня однажды привезли на скорой. Я зачитался в электричке, прозевал свою остановку и выскочил из вагона, разодрав двери, когда электричка уже набрала скорость. Неслабо приложился плечом об асфальт, кое-как отсиделся на скамейке и отправился дальше по делам. Плечо болело, но терпимо, пройдёт. Но не проходило, и через месяц жена отвезла меня в поликлинику Литфонда. Там сделали рентген, разохались и вызвали скорую. Что-то раздроблено, какой-то подвывих, ужас, ужас, немедленная госпитализация как минимум на месяц. А для меня ужас был в том, что я и так затягивал срок сдачи рукописи, а еще месяц – и издатель выкатит мне такой штраф, что от гонорара почти ничего не останется. Дежурный хирург в Боткинской посмотрел снимок и буркнул: «Совсем шизанулись, они скоро с насморком будут привозить на скорой! Раздевайся!» Все плечо и правую руку заковали в гипс. «Свободен. Через месяц гипс снимешь». «У вас?» – робко спросил я. «В своей грёбаной поликлинике! – рявкнул хирург. – Это они еще умеют!»
Дальше »

О, Марат!

Очень эротическая быличка

Было это году в 86-м или в 87-м, в славные советские времена, когда народ еще не стоял перед мучительным выбором, куда поехать в отпуск – в Турцию или в Хорватию, в Египет или, прости Господи, куда-нибудь на Бали. Ялта, Сочи, Пицунда – вот и весь выбор. Чем кавказистее, тем теплее. Так мне казалось. И однажды, когда дела отпустили только в конце сентября, решил: едем в Сухуми.

В Сухуми был холод собачий. Поезд пришел около часа ночи. Ажурные арки вокзала и особенно пальмы казались издевательством, бездарными декорациями. Будто кино про Сухуми собрались снимать в Вологде. Мы с женой натянули на себя свитера, которые на всякий случай прихватили с собой. А надо было прихватить шубы. Было только одно желание: оказаться в каком-нибудь теплом месте. Лучше с печкой. Можно даже с буржуйкой.

Дальше »

После Беслана

Отужасались. Отгоревали. Отвозмущались. Проявили солидарность. Выразили протест. Пригрозили неизвестно кому в любой точке мира.

Теперь начнем забывать.

Как забыли «Норд-Ост», взрывы в метро на перегоне «Автозаводская-Павелецкая», взрыв самолетов, взрыв на «Рижской».

Уже начали.
Дальше »

Открытое письмо историку Г.Костырченко

Уважаемый г-н Костырченко!

Я литератор, никогда не вращался в кругах профессиональных историков, Ваших работ не читал, а о Вашем существовании узнал из передачи радио «Свобода», посвященной 50-летию расстрела Еврейского антифашистского комитета. Ведущий программы В.Тольц представил Вас как эксперта по антисемитской политике Сталина. Меня крайне удивило содержание Вашего выступления. Уничтожение ЕАК, как и убийство председателя комитета Соломона Михоэлса, Вы объяснили патологическим антисемитизмом Сталина, которого так достали евреи из его окружения, что он просто не мог сдержаться. Сказать, что эта трактовка упрощенная, значит не сказать ничего. Единственное объяснение, какое мне пришло в голову, – ограниченное время радиопередачи. Но, как выяснилось при знакомстве с другими Вашими публикациями, дело совсем не в этом.
Дальше »